Яркая поэзия «Великоросса»

3

266 просмотров, кто смотрел, кто голосовал

ЖУРНАЛ: № 139 (ноябрь 2020)

РУБРИКА: Литературоведение

АВТОР: Балтин Александр

 
Поэзия_.jpg

Ощущение ветра – как свободы, и вместе – любимого: сияющего, летящего:

 

Как с любимым – целовалась с ветром,
убежав из каменной неволи.
И шептались целый день об этом
все цветы, растущие на поле.

 

Усталость от города, с его переогромленностью, каменными дебрями – логична, и в стихах С. Горошиловой хорошо выражено это, тонко, воистину поэтично.

Её стихи вообще очень поэтичны: точно сама поэзия напитала их своей таинственной субстанцией; они ткутся просто и ясно, давая образы и картины выпукло, объёмно, и красивы картины, предложенные читателю:

 

Дивно пахнет солнцем и травой.
По лугу иду, куда – не знаю.
Птицы над моею головой
тёплый воздух крыльями листают.

 

Птицы, листающие книги воздуха, превосходны, как и многое, что наполняет поэзию Горошиловой.

Патриотический благородный звон: яркого металла правды определяет многие стихи В. Ловчикова:

 

В отечестве славном российском своём
Мы песни о ратниках храбрых поём,
Кто званьем геройства в стране навсегда
Прославил такие для всех города…

 

Ибо помнить эти города наизусть: как хлеб сути для русского, ибо существование каждого предопределено победой, и она, подвергаемая ныне различным пересмотрам, нуждается в защите.

Ловчиков пишет ясными, литыми строками, и, вбирая в них множество нюансов жизни, питаемой всегда различными пространствами, предъявляет миру документ собственной жизни – свою поэзию:

 

Время бежит всё быстрей год от года.
Бег его не удержать!
Тянет к обрыву от точки отсчёта –
Той, что вдали не видать.

 

…вот раскроется кладовая природы, увиденная – и точно перевоссозданная по своему Ю. Мурашкиным:

 

Как-то нежданно пришла эта осень,
Ярко пылает вечерний закат.
Лес пожелтел, но одежду не сбросил,
Гроздья рябины как угли горят.
 

Поэт предлагает стих плотный, насыщенный, вещный: стих, организация которого обещает хорошее, питательное чтение, учитывая, что круг человеческих дел и забот, ощущений и впечатлений будет представляться по максимуму…

…контрастно строятся стихи И. Ильиной: вспыхивают софиты, клоун произносит то, что вроде бы не должен:

 

В холодном зале яркие софиты.
На улице сибирская зима.
Артист на сцене делает кульбиты.
Смеётся клоун: «Горе от ума!»

 

Её стихи пёстрые – иногда кажутся огоньками, вспыхивающими в ночи, и, зажжённые талантом поэтессы, будут они сверкать и переливаться, привлекая и своеобразием, и интонационной насыщенностью.

В. Бокарёв предложит стихи лапидарно-компактные, освещённые как бы изнутри, и мускульная сила строки обеспечит интересное чтение:

 

Светает. Бело-желтый свет
Верхушки ёлок заливает.
Летает над землёй рассвет,
Проклюнувшись, не пропадает.

 

Его стихи отличает гранёная – но и графическая точность, сочетаемая с ёмкостью строки, куда поэт стремится вместить как можно больше: дабы ни один нюанс мира не был утрачен.

Мощно разворачиваются стихи Н. Головановой: мощно, посвящённые России, болеющие её болью, вибрирующие её счастьем:

 

Заросла, Россия-мать, бурьяном.
Сын твой деревенский вечно пьяный.
Он земли не пашет, трав не косит,
А с утра на водку денег просит.

 

Она контрастна – Россия: как контрастно будет строиться стих Головановой: не только же водка, не только бурьян, но и надежда: на немыслимый, когда-то всплывёт – Китеж.

Краткие максимы А. Маяковой отдают традицией хокку, хотя звучат совершенно по-русски:

 

Что душе нужно?
Божий мир созерцать.
Море бушует.

***

Жизнь и смерть,
Добро и зло соседствуют.
Единство мира.
 
***

Что есть свобода?
Легкий бриз над рекой.
Птицы полет.

 

И характеристики строятся точно, и полёты мерцают славно, и стихи, ворвавшиеся в реальность, призывают именно к созерцанию…

 У неё свой стиль: узнаваемый в лапидарности, с ароматом традиции, с интересным рисунком; и своеобразие этого стиха и даёт возможность говорить о А. Маяковой, как о ярком поэте.

…разольётся родная страна под стук вагонных колёс, и проявится так:

 

Как часто и даже тогда,

Когда по ландшафтам неблизким

Качали меня поезда,

В пути узнавал обелиски.

 

Страна и её история – главное наполнение стихов В. Кашкина: их структуры порою работают мощно, слышимость и акустика велики, и то, что:

 

Прямоугольные консервы

Я жду в ленд-лизовском пайке,

Пока отец мотает нервы

В борьбе с бандитами в тайге.

 

Не отменяет ни счастья жизни, ни её высоты, ни поэтического поиска: совершаемого В. Кашкиным ради света и метафизической мудрости.

…и так может раскрываться Родина:

 

Возле дома, на скамейке

Притулился выпивоха.

Вид потрёпанный и старый,

Отдыхать он здесь привык.

Как у нищего одежда,

Может, выглядит он плохо,

Я-то знаю, он не старый,

Просто стал он, как старик.

 

Сострадание остро и сильно прочерчивает стихи Яхонтова, наследующие в этом плане лучшей традиции русской классики…

Стихи его конкретны, если упоминается каток, то словно чувствуешь белые лучевые излучения, идущие ото льда, и так – по отношению ко всем реалиям мира, каковы бы они ни были…

Магический кристалл И. Мухиной отсвечивает разными цветами, предлагая и аметисты, и органы действительности видеть через него, используя своеобычие оного:

 

Я в твоих лиловых гранях

Тайны жизни узнаю.

Ты посланец мирозданья,

Забери печаль мою.

И развей её по ветру,

Мой магический кристалл,

Камень мой, ты оберегом

Для души мятежной стал.

 

Мятежная душа должна успокоиться, и камень, сулящий оное, может быть любым, а то, что выбран аметист, окрашивает строки красиво, бросая отблески и на другие, посвящённые вечному кругу жизненных тем.

Точно вспыхивают костры Е. Хаванова:

 

О золотые времена!

О юности живое пламя!

Не признаёт границ она

И остаётся вместе с нами.

 

Точность формулировок – высокая мера поэзии, и часто по полям её зажигаются ягоды, если речь о поэзии Хаванова – вдумчивой, насыщенной, болеющей Родиной…

Т. Парсанова как будто рисует стихами, производя скорее масляные картины, нежели акварели:

 

Из разнотравий собранным нектаром

Дурманит хутор ветерков каскад.

Июльский вечер, разморённый жаром,

В Едовле гасит розовый закат.

 

Они полыхают многокрасочно, призывая улучшать оптику, чтобы зрение становилось объёмнее, чтобы мир раскрывался многими, порою не привычными красками.

Интересно разворачивается «Нереволюцинная рапсодия» Е. Прудченко: играя смыслами: но делая это всерьёз, предлагая революцию в качестве действующего лица, забирая шире, поднимаясь выше, звуча многими голосами, полифонично, живо, насыщенно…

И разворачивается долгим свитком метафизики и реальности, в который стоит вчитаться, чтобы несколько иначе осмыслить действительность…

Очень по-разному звучащие стихи К. Ибрагимовой – точно свидетельствуют, сколько голосов может жить в одном поэте: и как причудливо сочетаются они, если есть ведущее, основное, стержневое.

Слово разворачивается так:

 

Москва уснёт, но мы с тобой пойдём

по этим мокрым улицам и крышам,

(как Данте и Вергилий!) – под дождём,

чтоб пение небесных сфер услышать…

 

И вот так:

 

Тянет ночь, кочующая, грузная –

не любя:

жизнь моя – огромная аллюзия

на тебя…

 

Разнообразие, говорящее о дарование…

Ощущение Девы Марии, как феномен всеприсутствия интересно раскрывается в стихах Е. Карунина:

 

Где бы я ни был: на суше иль в море,

В поезде мчался иль сел на коня;

В радости жил или встретился с горем, –

Дева Мария, Ты подле меня...

 

Это – как кредо, как утверждение соли собственной жизни, связанной с русским языком, про который слагаются проникновенные строки, с ощущением огромности и светового естества России, не могущей без сладко-смысловых созвучий.

Разлетятся стихи Э. Кузнецовой: солнечно-русские, искупанные и в радуге и в дожде, звенящие гуслями и напевами старины, играющие темами сказок: таких драгоценных, что нету их дороже:

 

Ах ты, Русь моя, с гуслями чудными,

Да с былинами сказочно-мудрыми,

Восхищаюсь твоей широтой

И высоких небес красотой

 

Богато поэтическое содержание «Великоросса», и среди прочего оно богато световой основой поэзии: без которой она – всего лишь филологические игрища…

   
   
Нравится
   
Бог Есть Любовь и только Любовь и Он Иисус Христос
Официальный сайт Южнорусского Союза Писателей
Омилия — Международный клуб православных литераторов