Выигранная проигранная война

1

2161 просмотр, кто смотрел, кто голосовал

ЖУРНАЛ: № 95 (март 2017)

РУБРИКА: Страницы истории

АВТОР: Сухачёв Александр

 

Приказом по войскам 4-ой армии (Западного фронта) от 16-го июля 1916 г.  № 3040 фельдфебель 42-го Сибирского стрелкового полка Пётр Александров Сухачёв награждён Георгиевским крестом 2-ой степени за № 21981 за то, что «12 сентября 1915 г., в бою у местечка Любча, за убылью всех офицеров из роты, принял командование под таковой и удержал наступающего противника, чем дал возможность нашей батарее и обозам переправиться через реку Неман». П. 11. ст. 67 Георгиевского Статута.

28 июля 1914 года состоялось «принципиальное» убийство – хорватский студент Гаврила Принцип застрелил австрийского эрцгерцога Франца Фердинанда. Великая, а для нас вскоре после окончания – забытая война стартовала. Ирония истории в том, что Франц-Фердинанд был женат на чешке, потому неплохо относился к славянам. Даже ратовал за установление дружеских отношений с Сербией. Но, майн Готт, почему судьба оказалась к нему так несправедлива? Хотя миротворцам частенько перепадает на орехи от забияк.

«Все ищут и не находят причину, по которой началась война. Их поиски тщетны, причину они не найдут. Война началась не по какой-то одной причине, война началась по всем причинам сразу». К высказыванию Томаса Вудро Вильсона, пожалуй, добавить-то и нечего.

1 августа Германия объявила России войну.

В нашей истории полно войн, к которым мы были не готовы, а проиграли мы войну именно ту, к которой были готовы. Войну, которую ещё и хотели. Зарвавшимся тевтонцам полагалась хорошая трёпка. Потому, 19 июля 1914 года, дней за десять до выстрела в Сараево, в России была объявлена мобилизация. Началось развёртывание воинских частей до штатов военного времени и  в Томском гарнизоне. В первые дни призвали запасных нижних чинов из томичей и жителей Томского уезда. Рекрутировали в 42-й Сибирский стрелковый полк и моего деда Сухачёва Петра Александровича.

 

После укомплектования подразделений в полку состояло: 79 офицеров, 9 классных чиновников, 4442 нижних чина, 125 строевых и 447 обозных лошадей. В подразделениях полка насчитывалось: в стрелковых ротах по 241 человек нижних чинов, команде разведчиков – 99 человек, команде связи – 39 человек, пулемётной команде – 94 человека, музыкантской команде – 37 человек и 377 нижних чинов в нестроевой команде.

Всем военнослужащим для поднятия боевого духа выдали медали (бронзовые) под названием «300 лет царства дома Романовых». На фронтальной части медали изображены портреты Николая Второго и Михаила Фёдоровича. По кругу медали изображён орнамент в виде бус и точек. На другой стороне медали подпись: «В память 300-летия царствования дома Романовых 1613 – 1913».

Лента колодки медали трёх цветов: оранжевого, белого и чёрного – гербовых цветов династии Романовых. К медали полагалось свидетельство о праве ношения.

В конце августа эшелоны полка, включённые в  11-ую Сибирскую стрелковую дивизию, убыли на фронт. Дивизии в составе 1-го Туркестанского армейского корпуса (командующий генерал-лейтенант Ерофеев М.Р.) надлежало действовать в Восточной Пруссии.
В начале войны корпус находился на Юго-Западном фронте, однако в сентябре был переброшен на Северо-Западный фронт. Боевое крещение полки 11-ой Сибирской стрелковой дивизии приняли в ходе операции по деблокированию русской крепости Осовец. Части дивизии вынудили неприятеля прекратить осаду крепости. Первый же бой 42-й полк принял 14-15 сентября 1914 года в ходе Варшавско-Ивангородской операции (15.09.1914 – 26.10.1914). 22 сентября части корпуса перешли русско-германскую границу. Но командующий фронтом – генерал от инфантерии Рузский Н.В., по не совсем понятным причинам, в ночь на 29 сентября отводит основные силы 1-го Туркестанского корпуса на российскую территорию. Вторично русско-германскую границу части корпуса перешли 25 октября, сначала оттеснив немцев к городу Сольдау, а 3 ноября и захватив город. Правда, всего на сутки.

 

В ноябре 1914 года грянуло 1-ое Праснышское сражение (75 км севернее Варшавы), по результатам которого немцы потеряли 60 тысяч солдат убитыми, ранеными и пленными. 42-ой Сибирский стрелковый полк не подкачал тоже – отбросил прусский ландвер (вид ополченцев) за линию границы. Призовые полка по итогам операции – 1000 пленных с четырьмя орудиями в придачу. План противника по окружению наших армий был сорван.

Немцы получили хорошую трёпку и надолго запомнили сибирских стрелков. Вот что писал немецкий генерал Второй мировой войны Г. Блюментриг: «Сибиряк, которого частично или даже полностью можно считать азиатом, ещё сильнее и обладает значительно большей сопротивляемостью, чем его европейский соотечественник… В наших самых первых атаках на Русском фронте мы быстро осознали, что встретили совершенно других солдат, чем французы и бельгийцы. Более суровых воинов с крепким боевым духом и решительностью. Мы терпели значительные неудачи…».

Наше командование стремилось развить успех. Но разгромить немецкие войска в Восточной Пруссии с тем, чтобы потом двинуть на Берлин, не удалось. Да, русская армия по вооружению превосходила австрийскую, однако, значительно уступала немецкой. Плюс очень важный нюанс – русские генералы вели переговоры по радио открытым текстом. Не шифруясь. Противник этим весьма успешно пользовался.

Так или иначе, но развить успех не удалось, а с конца 1914 года на проведение боевых операций русской армией начал сказываться недостаток боеприпасов. В приказе штаба 1-го Туркестанского корпуса от 6 декабря 1914 года предписывалось ограничиться нормой в 6 снарядов на орудие в день. Дальше дела пошли совсем неважно – с января 1915 года часть пополнения, прибывающего в полк, не имела уже и винтовок.

 

Неудачи случаются и у самых великих полководцев: «Сир, есть семь причин (поражения). Во-первых, не подвезли снарядов…». «Достаточно!», – перебил Наполеон, – «хватит и этой». Исторический анекдот? Пусть. Зато коротко и толково. Главное – извлекать из неудач выводы, причём правильные выводы, Наполеон умел. Умели и мы.

Стратегическая задача германцев летом 1915 года состояла в том, чтобы разбить русскую армию и принудить Россию к сепаратному миру. 13 июля 1915 года, в ходе начавшейся 2-ой Праснышской битвы, главный удар немцев пришёлся на нашу 11-ю Сибирскую дивизию. Всего перед фронтом дивизии находились 48 батальонов, 360 лёгких и 136 тяжёлых орудий, плюс резерв – 18 батальонов и 80 орудий. Сибирские стрелки располагали 20-ю батальонами и 44-мя орудиями.

Дело для стрелков обстояло худо. Сибиряки оказалась в самом трудном на всём русско-германском фронте положении. А 42-й Сибирский стрелковый полк, занимая центр расположения дивизии, перекрывая, совместно с 44-м полком шоссе, ведущее из Грудуска в Прасныш, оказался на самом острие наступления противника.

Тринадцатого июля в 4 часа 45 минут германская артиллерия принялась интенсивным огнём более восьмисот орудий утюжить позиции сибирцев. Тяжёлые снаряды сметали брустверы, превращая траншеи первой линии обороны стрелков в братские могилы. Не менее эффективно убивала и калечила шрапнель. Плотные клубы пыли и дыма накрыли всю первую линию обороны.  К вечеру в строю полков 11-й Сибирской дивизии осталось не более 5 000 человек.

В 42-м Сибирском стрелковом полку, вступившим в бой в количестве 3788 штыков и 49 офицеров, вечером осталось 1153 стрелка при 21 офицере. Да, сибирцы отошли на 25-30 километров, заняв тыловые оборонительные рубежи. Да, полк скукожился до батальона. Но полк продолжал упорное сопротивление, продолжал сражаться.

 

Всего 11-я Сибирская дивизия потеряла 105 офицеров и 10 951 солдат. Ценой тяжёлых потерь русские войска сохранили позиции на реке Нарев. А войска, находившиеся в Польше, получили возможность отойти и занять новые позиции.

Как видим, про сам погибай, а товарища выручай! – сибирякам лишний раз повторять нет нужды. Проявил себя и мой дед Сухачёв Пётр Александрович: Приказом по 1-му Туркестанскому армейскому корпусу от 21-го августа 1915 г. № 304 объявлены номера Георгиевских крестов 4-й степени, которыми награждены нижние чины частей войск корпуса приказом по корпусу от 27 июня 1915 г. за № 266 (в период оборонительных боёв на северо-западном фронте). В списке солдат 42-го Сибирского стрелкового полка указан старший унтер-офицер Пётр (отчество не указано) Сухачёв, который награждён Георгиевским крестом 4-й степени за № 231465, на основании п. 16 ст. 67 Статута: «Кто, вызвавшись охотником на опасное и полезное предприятие, совершит оное с полным успехом».
Началось «великое отступление», армия арьергардными боями сдерживала германские войска, значительная часть населения, снявшись с насиженных мест, уходила вместе с русскими войсками.

Дабы предотвратить надвигающуюся катастрофу, Император принял единственное, так ему, по крайней мере, казалось, правильное решение – 23 августа 1915 года отстранил великого князя Романова Николая Николаевича от должности Верховного Главнокомандующего и сам встал во главе армии. Совершил ошибку? Без учёта дворцовых и околодворцовых интриг – нет, безусловно. Тем более, в краткосрочной перспективе (модное нынче выражение) хуже не стало. Но, в долгую, стратегически, проиграл. Дальше – цугцванг. Снятие Николая Николаевича вызвало неудовольствие элит, увидевших бесспорное усиление позиций императрицы Александры Фёдоровны, то бишь, Гришки Распутина.

 

Царь проиграл не войну, проиграл схватку за власть. Но об этом чуть позже…

К сентябрю 1915 года в 11-й Сибирской стрелковой дивизии в строю насчитывалось 1916 штыков, а некомплект составлял 10952 человека. В начале октября в дивизии насчитывалось 1510 штыков в строю, некомплект составлял 11990 человек.

В конце «великого отступления», на 27 октября 1915 года, 42-й Сибирский стрелковый полк, сведённый в один батальон четырёхротного состава, насчитывал 815 штыков при 15 офицерах. На вооружении находилось 4 станковых пулемёта. В созданной гренадёрской команде состояло 96 солдат, вооружённых только гранатами и холодным оружием.

Хоть и  огромным трудом, но русская армия восстановила силы и боеспособность после тяжких неудач. К началу 1916 года в составе 42-го полка уже насчитывалось 12 рот, в которых числилось 46 офицеров и 1497 нижних чинов и 300 нижних чинов в гренадёрских командах. На пополнение прибыло 32 прапорщика и 1890 невооружённых нижних чинов. Не совсем уж и никчёмным оказался Император полководцем.

А сибиряки продолжали «оказывать выдающие подвиги мужества и храбрости в делах против неприятеля». Приказом по 1-му Туркестанскому армейскому корпусу от 30-го января 1916 года нижние чины частей корпуса награждены Георгиевскими крестами 3-й степени. В списке солдат 42-го Сибирского стрелкового полка указан старший унтер-офицер Пётр Сухачёв, который на основании п. 4 ст. 67 Статута награждён Георгиевским крестом 3-й степени за № 71342: «Кто, при взятии занятого неприятелем укреплённого места, примером отличной храбрости ободрит своих товарищей и увлечёт их за собою».

 

Но, но вот прибывающее в полк пополнение состояло уже из уроженцев европейской части России, пополнения высылались из разных запасных батальонов во фронтовые части, понёсшие наибольшие потери. В результате, как и в большинстве сибирских частей, в 42-ом Сибирском стрелковом полку сибирский личный состав оказался в подавляющем меньшинстве, что с неизбежностью сказалось на боевых качествах подразделения.
При проведении перегруппировки войск, в преддверии планируемого на лето 1916 года наступления Русской армии, 11-я Сибирскую стрелковую дивизию вывели из состава 1-го Туркестанского армейского корпуса и ввели в состав 4-й армии.

Штабы привели в порядок документацию: Приказом по войскам 4-ой армии (Западного фронта) от 16-го июля 1916 г.  № 3040 фельдфебель 42-го Сибирского стрелкового полка Пётр Александров Сухачёв награждён Георгиевским крестом 2-ой степени за № 21981 за то, что «12 сентября 1915 г., в бою у местечка Любча, за убылью всех офицеров из роты, принял командование под таковой и удержал наступающего противника, чем дал возможность нашей батарее и обозам переправиться через реку Неман». П. 11. ст. 67 Георгиевского Статута.               

Десять месяцев деда искала и, наконец, нашла награда.

Примерам героизма русских солдат и офицеров в Великой войне несть числа: вот «капитан (того же полка) Пепеляев Анатолий Николаевич, получив разрешение отойти из д. Клетище, по собственной инициативе решил держаться на своей позиции, отбил все атаки немцев и, выждав благоприятную минуту, перешёл сам в наступление, отбросив противника и своим наступлением угрожая левому флангу немцев, занявших д. Боровую, заставил их бросить занятую ими позицию и отступить за реку Неман».  За что представлен к ордену Св. Георгия 4-ой степени.

Но героизм солдат и офицеров зачастую оказывался бесполезным.

 

Летом 1916 года, когда успешно развивалось Брусиловское наступление, Западный фронт, чтобы не дать перебросить войска противника на юг, провёл Барановическое наступление. Барановичи – стратегически важный железнодорожный узел, где перекрещивались железнодорожные пути Москва – Минск – Брест-Литовск – Варшава и Вильно – Ровно. Перед этим сибирцы долго и прилежно работали, создали целую сеть окопов.

Затем, без всякой артиллерийской подготовки 11-я Сибирская стрелковая дивизия три раза пыталась захватить позицию 3 ландверной дивизии у Лабуз и Дарова. Не получилось. Почему атаковали без применения артиллерии, даже сегодня совсем непонятно. Да, понятно, когда отсутствие снарядов предопределило неудачный исход прошлой летней кампании.

А тут, словно специально дали германцам хорошенько подготовиться и перегруппироваться. Потом, словно спохватились, выпустили более 7000 снарядов, из них 2000 тяжёлых. Вроде, знатно ввалили тевтонцам. Но это уже не помогло, целей никаких снова не достигли. А может, и цели-то были другие у командования? Потому, якобы и вдруг спохватились? Может, цели были берега речки Щары пропитать кровью – кровью наступавших русских? Вот эту цель достигли – особенно большие потери понёс соседний с 42-м полком, 41-й Сибирский стрелковый полк – до 70% своего состава.

4-я армия, потеряв за девять дней боёв почти 80 тысяч человек, продвинулась, вклинившись в оборону противника, на весьма незначительное расстояние к югу от Барановичей. Прекрасный стратегический замысел остался нереализованным. А, ведь, летняя кампания 1916 года могла склонить чашу весов на нашу сторону. Бесповоротно. Она и склонила, бесповоротно, но бесповоротно в пользу наших союзников, стран Антанты.
Теперь про цели. Главный либеральный идеолог Февральской революции Милюков П.Н. в одном из писем (опубликованном в 1983 году), однако написанном им давненько, сразу после отставки, в мае 1917 года, всё толково объяснил и дал ответы на чуть выше поставленные вопросы: «Вы знаете, что твёрдое решение воспользоваться войной для производства переворота было принято нами вскоре после начала войны, вы знаете также, что наша армия должна была перейти в наступление, результаты коего в корне прекратили бы всякие намёки на недовольство и вызвали бы в стране взрыв патриотизма и ликования. Вы понимаете теперь, почему я в последнюю минуту колебался дать своё согласие на производство переворота, понимаете также, каково должно быть моё внутреннее состояние в настоящее время. История проклянёт вождей так называемых пролетариев, но проклянёт и нас, вызвавших бурю».

 

Закулисные кукловоды получили результат – прекрасно спланированная операция, известная нам под названием Брусиловский прорыв, в ходе которой австрийцы потеряли около восьмисот тысяч человек убитыми, четырёхсот тысяч пленными, для нас закончилась ничем: «Никаких стратегических результатов эта операция не дала, да и дать не могла, ибо решение военного совета 1 апреля ни в коей мере выполнено не было. Западный фронт главного удара так и не нанёс, а Северный фронт имел своим девизом знакомое нам с японской войны “терпение, терпение и терпение”. Ставка, по моему убеждению, ни в коей мере не выполнила своего назначения управлять всей русской вооружённой силой. Грандиозная победоносная операция, которая могла осуществиться при надлежащем образе действия нашего верховного главнокомандования в 1916 году, была непростительно упущена».

Это Алексей Алексеевич Брусилов с горечью подвёл итоги прорыва. Весьма недвусмысленно обвинив царя. Император стал пожинать плоды своего решения от 23 августа 1915 года.

В 1917 году 11-ю дивизию передали в состав 10-й армии Западного фронта, занимавшую позиции по реке Берез, в ста километрах западнее Минска. Фронт стабилизировался. Но, опять и снова «но!». Петроград ждал скорой революции, работа заговорщиков начала приносить плоды. Британский историк Бернард Пирс охарактеризовал сложившееся положение следующим образом: «Фронт был здоров, тыл же прогнил». Ему вторит британский же военный атташе в России Альфред Нокс: «Если бы не развал национального единства в тылу, русская армия могла увенчать себя новой славой в кампании 1917 года».

Государю докладывали о заговоре, однако: «Ах, опять о заговоре, я так и думал, что об этом будет речь, мне и раньше уже говорили… добрые, простые люди всё беспокоятся… я знаю, они любят меня и нашу матушку Россию и, конечно, не хотят никакого переворота. У них-то, наверно, больше здравого смысла, чем у других», – вот так государь отчитал своего флигель-адъютанта А.А. Мордвинова.

Иллюзии и безграничная вера в «руку Божию», в верность и честность подданных не позволили Николаю II трезво взглянуть на ситуацию. Потому, к началу волнений в Петрограде, в феврале 1917 года царь оказался слишком далеко от места событий. В Могилёве Ставка согласовывала план весеннего наступления. Когда же он направился в столицу, его беспардонно остановили и заставили написать манифест об отречении.

 

Заговорщики торжествовали. Получил свои тридцать сребреников за участие в перевороте и Брусилов, его назначили Верховным Главнокомандующим русскими армиями. Разочаровался быстро в новых правителях страны, потому быстро же и подал прошение об отставке.

Как и все части русской армии, 42-й Сибирский стрелковый полк пережил потрясение февральской революции 1917 года. Казалось бы, армия успешно преодолела снарядный голод, в летнем наступлении 1917 года русская артиллерия была обеспечена снарядами так, что запасов потом хватило на несколько лет братоубийственной войны. Однако армия и народ устали от войны. Потому требовалось быстрое решение. Такое решение быстро и нашлось – отречение Николая II от престола, должное, со всей очевидностью, решить все проблемы одним махом.

А Временное правительство, получивши власть в стране (сейчас бы ту революцию назвали цветной), взялось во всю проводить «реформы» (непременный атрибут всех, в последующем названных цветными, революций). То есть, принялось искать доказательства измены царя и коррупции в правительстве. Чрезвычайная следственная комиссия допросила сотни людей, измены и коррупции, однако, не обнаружив.

В результате тщательного обыска Царскосельского дворца комиссия выяснила также, что императрица – Александра Фёдоровна – не только не работает в интересах Германии, «но она более других предана идее самодержавия в России и войны против Германии до полной победы союзников». Гора не сподобилась родить даже мышь!

В ноябре 1917 года после заключения перемирия с немцами и начала переговоров о мире, новая, Советская власть приняла ряд мер по постепенной демобилизации армии.

 

В феврале 42-й полк направился с фронта в Томск. По прибытии в Томск, после передачи вооружения и снаряжения представителям новой власти, приказом по гарнизону г. Томска от 11 апреля 1918 года 42-й Сибирский стрелковый полк был расформирован. Так бесславно закончилась история славного полка!

Отречение Николая II не решило ни одной проблемы в стране, предсказуемо добавив новые. Первая мировая закончилась для России унизительным Брестским миром – сепаратным мирным договором, подписанным 3 марта 1918 года в Брест-Литовске представителями Советской России и Центральных держав. Который ознаменовал поражение и выход Советской России из Первой мировой войны.

А вскоре началась кровавая Гражданская война.

 

   
   
Нравится
   
Комментарии
Комментарии пока отсутствуют ...
Добавить комментарий:
Имя:
* Комментарий:
   * Перепишите цифры с картинки
 
Бог Есть Любовь и только Любовь и Он Иисус Христос
Официальный сайт Южнорусского Союза Писателей
Омилия — Международный клуб православных литераторов