Августовские небеса

3

382 просмотра, кто смотрел, кто голосовал

ЖУРНАЛ: № 134 (июнь 2020)

РУБРИКА: Проза

АВТОР: Растворцев Андрей Васильевич

 

 

Фуников.jpg

Тихий сонный август перевалил за середину. Тепло ещё, солнечно, а природа, да и душа человечья, уж к осени готовятся.

Месяц август, он ведь как, он ведь хорош для отдыха и нетяжёлой работы, да не на дядю какого чужого, а на себя; копошению в удовольствие на огороде да послеполуденному подрёмыванию в тенёчке с разговорами неспешными…

В августе даже небеса не такие, как всегда – а какие – я и слов-то таких подобрать не умею. Бездонные, словно для входа открытые. Может, потому в этих самых августах-то самолёты да корабли чаще, чем в иные месяцы, падают и тонут.

И уходят души людские в эти распахнутые небесные врата вне всякой очереди…

В селе два дня как медовый Спас отгуляли, а уж и яблочный перед глазами.

Мёд в церковь освещать Никитины ходили всей семьёй – традиция. Только вот, если старшие на службу шли осознанно, то ребятишки только за ради развлечения – интересно им, зачем нынче столько народу в церкви да почему?

Так всю службу в храме-то по сторонам и крутились, толкались острыми локотками да перешёптывались…

Только самая младшенькая, двухлетняя внучка, с дедовых рук, тихо и внимательно, на святые лики смотрела – вроде как понимала что, или вслушивалась во что-то только ей ведомое. Со стороны так поглядеть – разговаривали лики с нею.

Чудны дела твои Господи…

Сегодня бабка никитинская, Ксения, пирожки печёт. С солёными груздями. Нет, нет, не нынешнего урожая – откуда урожаю в такую раннюю пору взяться? – груздочки только-только пробиваться стали, их ещё собрать нужно, засолить, засола дождаться – песня долгая. Так что в дело шли грузди прошлогоднего засола – прошлый-то год урожайным был, гриба много запасли – до сих не съели.

Грузди бабка отмочила, мелко порубила да на постном маслице и обжарила. Лук репчатый обжарила отдельно. Потом всё смешала и зелёного лучка добавила – вот начинка и готова.

Пирожки один за другим ровными рядочками на противне выстраиваются – часок расстоятся и в печь… Пирожки с солёными груздями на всех, на всё семейство, а вот для внучки любимицы да неслухов внуков Ксения пирожки из свежей черёмухи готовит. Третьего дня внучата старшие на реку купаться бегали, а там черёмуха знатная уродилась, крупная – бидончик вмиг набрали. Бабка её перемолола дважды вместе с косточками, да с сахаром один к одному и смешала. Три дня время от времени начинку перемешивала – пока та не загустела…

За столом рядом с бабкой внучка – двухлетняя Таисия. Помогает Ксении. Усердно мнёт пухлыми ручонками кусочек теста, носик и волосы на головушке в муке, щёчки в черёмуховой начинке. Старается. Время от времени вскинет взгляд на бабку – как мол? – бабка ей в ответ кивает – хорошо, солнышко, хорошо. Так-то ладно у них всё получается…

 

Распахивается дверь – в избу влетает пятилетний Мишка, брат Таисии. Не разуваясь, в сандалиях, бежит к баку с домашним квасом. Черпает ковшом всклень, и надолго присасывается к нему.

– Лопнешь, чудушко!

– Не-е, баба! У меня пузо крепкое!

– Место для пирожков оставь, пузо крепкое... – бабка улыбается.

Мишка привстаёт на цыпочки и заглядывает в противень, что стоит на столе:

– У-у, они ещё не испеклись. Можно, я тоже полеплю?

– Можно. Руки помой.

Мишка бежит к рукомойнику, пару раз стукает ручонками по соску:

– Помыл, баба!

– Разве ж так моют? – Ксения Ильинична оставляет лепку, отряхивает руки свои от муки и ведёт Мишку к рукомойнику.

Руки Мишкины все в ссадинах и синяках, да и ноги, что тонкими ниточками со сбитыми коленками торчат из широких шорт, тоже. Как он их ещё только не переломал?! Тьфу, тьфу, тьфу – не дай Бог! Когда грязные ручейки вперемешку с песком перестают сбегать с Мишкиных рук, бабка насухо вытирает их большим цветным полотенцем. Мишки экзекуция не нравится и он, как только может, сопротивлялся.

Пока бабка возилась с внуком, внучка Таисия долепила свой пирожок и уложила его на противень. Конечно, он получился не такой красивый, как у бабушки, но Таисия на такие мелочи не обращает внимания. Она потянула к себе новый кусок раскатанного теста. Тесто упиралось. Таисия тоже. Она потянула его к себе двумя руками. Тесто порвалось, Таисия откачнулась набок и свалилась со стула. Не столько от боли, сколько от неожиданности заревела.

Но уже через пару минут благость и рабочая обстановка восстанавливаются.

Пирожки теперь уже лепят трое – бабушка, внук и внучка.

Мишке на месте не сидится, пытаясь слепить пирожок, он крутится и пристаёт к бабушке с вопросами:

– Бабушка, а когда я вырасту большой, ты будешь мне пирожки жарить?

– Большой, это какой?..

– Ну, как папа…

– Да нет, солнышко моё, для такого большого не буду…

– А почему?

– Я и сейчас-то уж старая, а тогда уж – тогда уж я на небушко переселюсь…

– На небушко? А что ты там делать будешь?

– Что делать? – дедушке пирожки печь.

– А дедушка тоже на небушке будет?

– Будет…

– А что он там делать будет?

– А что он сейчас делает?

– Он на задах траву кролям косит…

– Ну, вот он и там травушку небесную косить будет…

– А потом?..

– Когда потом?

– Ну, когда дедушка траву скосит…

– Тогда сядем мы с ним на небесную скамеечку и будем с небушка на вас глядеть, на тебя богатыря и Таечку красавицу. На вас, на детей ваших, на то, как вы все вместе пирожки стряпаете…

– А на Ваню с Серёжкой, будете смотреть?

– Конечно, будем, они же тоже наши внуки любимые. Так же, как и мои дедушка с бабушкой на меня смотрят, так и мы с дедушкой будем…

– А мы с Таей, тоже дедушкой и бабушкой будем?

– Обязательно, солнышко…

– И всегда, всегда так будет?

– Всегда, умничка моя, всегда…

У Ксении Ильиничны почему-то зачесался нос, глаза набухли влагой, и первая слёзная дорожка расчертила слегка припудренную мукой щёку…

Она отвернулась к окну и попыталась незаметно убрать слёзы с глаз.

– Бабушка, что с тобой?

– Ничего, Мишенька, ничего, золотой мой. Мука в глаз попала…

– А-а…

За окном тлеет тихий август. По глубокому синему небу куда-то неспешно плывут белые облака. Лёгкий ветерок парусит марлевые занавески на раскрытых окнах, коими бабка Ксения пытается оградить избу от вездесущих мух. И на всех подоконниках бесконечно цвёт герань.

Детство.

Августовское небо, квас, пирожки и молоко в крынке.

И так будет всегда…

 

Художник: Александр Фуников

   
   
Нравится
   
Бог Есть Любовь и только Любовь и Он Иисус Христос
Официальный сайт Южнорусского Союза Писателей
Омилия — Международный клуб православных литераторов