«Лихие девяностые». С места событий

5

784 просмотра, кто смотрел, кто голосовал

ЖУРНАЛ: № 134 (июнь 2020)

РУБРИКА: Страницы истории

АВТОР: Трещев Евгений Иванович

 

 

s1200.jpg

В девяностые годы прошлого столетия произошло огромное количество разнообразных событий, очень быстро сменявших друг друга. Эти годы определили всю жизнь целого поколения.

Чего только стоил распад СССР! Это и в пьяном бреду привидеться не могло. Генерального секретаря ЦК КПСС и Президента СССР Горбачёва народ недолюбливал. Ельцина первое время готовы были носить на руках – настоящий мужик! А потом презирали и ненавидели. Оба приложили руку к развалу империи – СССР.

Жили мы тогда одним днём. Было ощущение бесконечности возможностей и сил для их решения. Не успевали оглядеться и подумать: казалось, что всё будет «в шоколаде».

Да, мы не могли даже тогда и подумать, что «светлое будущее» может оказаться гораздо страшнее «тёмного прошлого». А либеральная пропаганда старалась напустить черноты и грязи на прошлое, сделав его гораздо хуже, чем оно было в реальности.

Важные для страны события происходили одно за другим: ельцинский переворот, ГКЧП, роспуск КПСС, референдум, дикий рынок, ваучеры, наглое разграбление страны, появление олигархата, резкое падение уровня жизни у большинства населения. Всё шло по принципу: «Плыли демократы – реформаторы… Всплыли олигархи – аллигаторы».

 

К нам сейчас из-за границы

Приезжают все учить:

Что нам есть

И как нам пить.

Как работать, торговать,

С кем нам нужно воевать.

Налетела эта рать –

Жизни будут обучать.

Жизни вашей нас учить –

Лучше сразу утопить.

Успокойтесь, господа:

Эта жизнь – она моя!

Если Вас здесь поселить,

Нам придется Вас учить».

(Е. Трещев)

 

Было такое ощущение, что страна после распада СССР сошла с ума. Появилась масса людей, по своей сути бандитов, наглых, быстро разбогатевших – «новых русских».

Красный пиджак, толстенная золотая цепь на груди и огромный золотой перстень на руке выделяли этих троглодитов из общей народной массы.

Старые правила отменили, а новые ещё не были введены или не закрепились в общественном сознании. Именно в это время расцвела коррупция.

Различные правящие кланы и бандиты делили страну. Между собой разбирались жестоко: нет человека – нет проблем. Долбили друг друга чуть ли не каждый день.

 

Разговор в поезде

 

Сосед сказал: «Ты не умеешь жить.

Момент настал – стремись не упустить.

Где деньги – там и слава, и почёт,

Их нет – тогда совсем наоборот.

Урви!

Схвати!

Наплюй на всё.

На совесть наступи.

Увидишь подлость – промолчи,

Опасность – тихо отступи.

Тебя обидели?

Стерпи,

Вид сделай, что сломался ты.

Затихни.

Жди…

Враги расслабились – круши,

Удар смертельный наноси!

Не зайцы, ВОЛКИ мы!»

Мне стало грустно от таких речей.

Попутчик хищный, оглянись на егерей!

(Е. Трещев)

 

Главой администрации нашей Тульской области (губернатором) в период с 1991 года по 1997 год был Николай Васильевич Севрюгин. В 1997 году он был арестован и обвинён в многочисленных нарушениях. Но в феврале 2000 года судебное разбирательство было приостановлено из-за тяжёлого состояния здоровья обвиняемого. А 26 марта 2002 года его не стало.

В начале семидесятых годов я с ним часто общался по работе, когда он был начальником Щёкинского районного сельскохозяйственного управления (1970–1973). В те годы он производил впечатление делового руководителя и весёлого, лёгкого на шутку человека. У меня о нём остались только приятные и светлые воспоминания.

Валерий Маслов (в девяностые годы – помощник губернатора) в книге «Тульские люди» пишет о Н.В. Севрюгине: «Надо сказать, что Николай Васильевич был, с одной стороны, человеком неординарным, волевым, талантливым – этакий тульский самородок – левша. С другой – имел достаточно слабостей, присущих каждому простому человеку, вырвавшемуся наверх, во власть. О подчинённых, которые, с его точки зрения, не обладали должной квалификацией, он говорил просто – «ноль». Был чрезвычайно доверчив и в то же время подозрителен <…> Довольно сильно Севрюгин комплексовал из-за своей полноты.  <…> Он не был завистливым, но иногда этот человеческий порок был ему не чужд».

В это смутное время некоторые руководители предприятий стали обзаводиться собственными охранными структурами, напоминающими бандформирования. Этим кичились, а иногда с помощью отморозков – «охранников» пытались решать свои вопросы

Что заставляло других больших и маленьких начальников искать неформальной защиты от беспредела у силовых структур или откровенных бандитов. Естественно, за деньги.

 

Была такая «крыша» и у нашей фирмы, но мы это по городу не афишировали. Я в это время работал главным инженером треста «Щёкиномежрайгаз», который эксплуатировал газовое хозяйство в трёх районах Тульской области: Щёкинском, Плавском и Чернском.

Однажды один из шустрых директоров завода направил в нашу эксплуатационную службу бригаду бандитов для решения производственного вопроса.

Испуганный начальник службы после их визита с круглыми глазами появился в моём кабинете.

– Евгений Иванович, что мне делать? Они обещали меня изуродовать, если не выполню их требование.

– Не дёргайся! Успокойся. Всё будет нормально. Иди работай.

Я тут же позвонил главе города, объяснил ситуацию.

– Евгений Иванович, не трогайте этого дурака. Приезжай. Мы разберёмся с ним вместе.

После моего подробного красочного рассказа о том, что произойдёт, если я позвоню «крыше» и от них приедут боевики, мой оппонент, меняясь в лице, признал свою ошибку, извинился и сразу же «накрыл поляну» в знак примирения.

Правда, бывали случаи, когда в нашу организацию иногда по недомыслию так же залетали господа, желающие собирать с нас дань.

Так, прихожу однажды на работу после обеда. В приёмной перед съёжившейся секретаршей мотается какой-то мужик.

– Евгений Иванович, товарищ пришёл к управляющему. Вы с ним не поговорите? – взмолилась она.

– Заходите.

Незнакомец сразу объявил себя крутым, готовым порвать нас голыми руками. Начал требовать деньги.

– Перестреляю всех!

Произнеся эти слова, он полез правой рукой в боковой карман. Я вскочил, занеся над своей головой «дежурный обрезок» полдюймовой трубы, завёрнутой в газету.

 – Не шевелись! Теперь медленно достань руку из кармана. Сделаешь одно лишнее движение, проломлю башку! Встань! Повернись ко мне спиной. Руки за голову!

Всё-таки не зря я проходил срочную службу во Внутренних Войсках.

Прохлопал левой рукой его карманы, поясной ремень. Пистолета не было.

«Бандит» перепугался по полной программе. Пытался что-то мычать. Но я, взяв его за шиворот, вывел в коридор.

– Ещё раз придёшь, переломаю рёбра. Понял?

– Понял.

Посетители в нашей приёмной и работники треста смотрели на эту картину с изумлением. Все были уверены, что главный инженер Трещев, в натуре, очень мягкий и вежливый человек.

 

Я не новый русский, я из старых.

Больно мне за Родину мою.

Будешь ты, моя страна, счастливой.

Я надеюсь, верю и люблю.

(Е. Трещев)

 

«Крутые девяностые» – это блеск и нищета, рэкет и братва, время повсеместного разгула криминала. Бандиты прибирали к своим ручонкам всё, что плохо лежит. Воровской жаргон прочно вошёл в повседневную жизнь. Страна стала похожа на зону.

Однажды в моём кабинете раздался телефонный звонок по внутренней связи. Звонил управляющий.

– Евгений Иванович, зайдите ко мне.

Захожу. Вижу, что в кабинете сидит какой-то татуированный тип.

– Евгений Иванович, разберитесь с товарищем.

– А в чём вопрос?

Блатная личность, передёрнув личиком, сообщила, что мы должны платить ему, как местному авторитету, деньги.

– Ты знаешь, куда зашёл?

– Да.

– Нет, ты не знаешь ничего. У нас давно уже есть крутая «крыша». Сейчас позвоню, и через полчаса здесь будет бригада. Оставайся, они тебе объяснят что – почём.

– Ну, зачем вы так? Сказали б сразу, и не было бы базара…

 

В начале 1991 года ситуация в СССР была критической. Намеченные реформы по перестройке и демонтажу Советского Союза вызвали несогласие ряда первых государственных и должностных лиц, создавших «Государственный комитет по чрезвычайному положению» (ГКЧП).

В состав этого комитета вошло 8 человек, одним из которых был наш земляк Стародубцев Василий Александрович – председатель Крестьянского союза СССР, член Центрального комитета КПСС, Герой социалистического труда.

19 августа по радио, а затем по Центральному телевидению было зачитано «Заявление Советского руководства», которым вводилось чрезвычайное положение в отдельных местностях страны.

Президент России Б.Н. Ельцин отказался подчиняться ГКЧП. Создалось противостояние.

22 августа начался арест членов комитета и помещение их в тюрьму «Матросская тишина».

23 февраля 1994 г. члены ГКЧП были амнистированы Государственной Думой РФ.

Когда арестовывали членов ГКЧП, наш будущий губернатор Стародубцев скрывался дольше всех – настоящий подпольщик! Это породило много слухов, шуток и анекдотов.

С Василием Александровичем Стародубцевым мне приходилось встречаться неоднократно до и после его ареста.

Мне он нравился. Простой, умный, общительный человек. Занимая высокие посты, не кичился этим.

В декабре 1998 года Щёкинская районная администрация пригласила Василия Александровича на торжественный пуск газа во вновь построенный газопровод в деревне Кривцово.

В ходе организации данного предприятия у меня, как у «знатока» (я участвовал уже в нескольких таких торжествах в Чернском и Плавском районах), все консультировались.

Когда у меня спросили, как лучше встретить губернатора, я шутя сказал, что он любит, чтобы «хлеб-соль» ему подносили женщины в русском национальном наряде, под пение и аккомпанемент гармошки. А потом нужно обязательно поцеловать губернатора в обе щеки.

Они так и сделали, измазав его помадой. Но получилось всё очень душевно. Василию Александровичу действительно очень понравилось. Стояла прекрасная погода.

 

Блестящий снег хрустел слегка,

Белел, искрился в свете дня.

Под дуновенье ветерка

Позёмка по полю текла.

А слева в призрачной дали,

В лиловой хмари тучи шли.

И, отразившись от земли,

Дымились радуги столбы…

(Е.Трещев).

 

После торжественных речей губернатор поджёг факелом газ, поданный на «свечу». Вокруг нас толпой кружились телевизионщики и журналисты нескольких газет. Кстати, уже в этот же день в программе «Репортёр» показали это событие по тульскому телевидению (выступали Стародубцев, Лобанова и я – грешный).

После завершения официальной части руководители области, города и газового хозяйства уехали в деревню Груманты, где в лесу была расчищена от снега полянка, стоял накрытый стол и было красиво и уютно.

От костра с мангалом тянуло шашлычным запахом.

Когда я подошёл к столу, единственным свободным местом оказалось место рядом с губернатором.

После каждого тоста Василий Александрович поворачивался ко мне, и мы чокались с ним стаканчиками. При этом я ещё что-нибудь добавлял к основному тосту от себя.

Выпив третий стаканчик, он перестал слушать тосты, а сразу поворачивался ко мне. Я говорил, мы чокались и пили.

Бывший член ГКЧП и узник «Матроской тишины», несмотря на свой возраст, оказался на удивление стойким. Часа через полтора Василий Александрович попрощался, сказав, что с нами хорошо, но нужно руководить областью. За себя он оставил Г.Н. Гроцескула.

А в апреле 2005 года В.А. Стародубцева на посту губернатора сменил В.Д. Дудка.

 

В пятницу, 2 сентября 2005 года, в нашем тресте проводилось торжественное собрание, посвящённое профессиональному празднику «Дню работника нефтяной и газовой промышленности». От Облгаза на собрании присутствовала зам. генерального директора В.В. Кузнецова (бывшая заместитель губернатора у В.А. Стародубцева). После моего небольшого выступления она от имени Министерства энергетики и администрации Тульской области вручила нашим работникам несколько грамот.

Потом я, как управляющий, тоже наградил Грамотами и Благодарностями треста несколько человек. Часа через два мы с Валентиной Викторовной уехали в Тулу на банкет, организованный для аппарата управления ОАО «Тулаоблгаз» и ООО «Туларегионгаз» в «Доме науки и творчества». Среди почётных гостей были губернатор В.Д. Дудка, председатель областной Думы О.В. Татаринов, и.о. главы города В.С. Могильников.

Здесь мне и начальнику проектно-сметного бюро губернатор вручил знаки и удостоверения о присвоении звания «Почётный работник газовой промышленности».

Пожимая мне руку, Дудка сказал: «Евгений Иванович, поздравляю с наградой, желаю благополучия».

Я, улыбаясь, ответил: «Губернатор руку пожал. Теперь две недели её мыть не буду».

Вячеслав Дмитриевич засмеялся и обнял меня, прикоснувшись лицом к моей щеке.

«Ну, теперь и лицо мыть не буду», – добавил я. Он засмеялся вновь, хлопая меня по плечу.

В перерыве управляющие других трестов настойчиво интересовались, почему губернатор обнимал меня и что он говорил.

Я, поддразнивая любопытных и завистливых коллег, отвечал, что я тренировал его в детской футбольной команде – мой воспитанник.

Это была шутка, но надо было видеть лица моих собеседников!

 

Зависть убивает человека

 

Почему, нахмурившись сердито,

Ты проходишь, опустив глаза?

Зависть в твоём сердце поселилась.

Была дружба, а теперь ушла.

 

Маленький успех, чужое счастье

Вызывают злобу у тебя.

Мучаешь себя, не понимая,

То что можно мне, тебе нельзя.

 

Не завидуй ты успеху друга.

Я с утра в работе с головой.

Задави в себе, дружище, злобу.

Не спеши. Поговори со мной.

 

Зависть, как змея, вползает в душу.

Сушит, гложет, мучает тебя.

Зависть убивает человека!

Друг мой, пожалей себя!

(Е. Трещев)

   
   
Нравится
   
Бог Есть Любовь и только Любовь и Он Иисус Христос
Официальный сайт Южнорусского Союза Писателей
Омилия — Международный клуб православных литераторов