Дорога
Есть дорога, ведущая к лету
через вечно затерянный край:
коробейник широкую ленту
обронил, бери – заплетай
в золочёную косу девичью,
украшая колосьями ржи!
Небосклон добавляет величье
синевою в звенящей тиши.
Тихо ветви склоняет рябина
в придорожную пыль суеты.
Никого на дороге, пустынна
с бесконечной она высоты.
Только там, где сияют отроги
гор холодных – разящая сталь, –
все бредёт и бредёт одинокий
странник в вечно манящую даль.
Вольница
Я иду дорогой дальней
мимо сёл, полей и пашен…
Кто-то закрывает ставни,
кто-то мне вдогонку машет.
Не святоша, не разбойник,
жизнь моя – одна дорога.
И живу средь недостойных
без печи и без порога.
Кто-то выкрикнет: «Никчёмный!»,
плюнет словно: «Ветер в поле!»
От таких уж слов не больно,
принял вольницы я долю.
Манит солнце из-за края,
под ногами пыль клубится.
Я иду от мая к маю,
от зарницы до зарницы.
Бродяга
Когда неба пожар обратится в зарю
и рассеется дымка тумана,
когда хворост в костре превратится в золу,
пепел белый, горячий в ладонь соберу
и присыплю душевные раны.
И уйду – вдаль, туда, где пылает рассвет,
где не властвуют люди и боги.
Жизнь моя – это путь нескончаемых лет,
в Бездорожье забытый навеки обет:
возвратиться в свой дом у дороги.
Проза жизни
Под слова неправедных молитв
и тягучий стон набата
пронесу, ни капли не пролив,
от рассвета до заката
жизнь в ладонях. Слёзами дождя
обратились годы. Годы
я истратил, Путь свой проходя
ради призрачной свободы.
Домой!
Покинула звезда небесную обитель
под мерный шум темнеющей волны
и словно прошептала этим: «Все смотрите!
Смотрите, люди, как гореть должны:
пылать во тьме ночи свечою ярче солнца
и быть души дарящим свет костром,
в котором от огня не пепел остаётся,
а память сердца, память о былом».
Никто призывных слов давно уже не слышит,
никто давно не смотрит в небеса.
А море всё шумит и поднимает выше
и выше волны – тьма и бирюза.
Но пусть бушует шторм, я поднимаю парус,
чтоб плыть скорей за собственной звездой,
и только сердце знает: в бурю возвращаюсь.
Домой!
Возвращение
Возвращаюсь домой:
ухожу – чуть забрезжит рассвет –
по дороге земной
от несчастий, от горя и бед.
Как по тонкому льду,
вновь шагаю в пыли, но свой дом
я никак не найду
даже в сердце печальном своём.
Возвращаюсь домой,
просыпаю сквозь пальцы песок.
Я остался собой:
юной ветви опавший листок,
Что летит к небесам
среди пьяных свободой ветров
к ярким звёздам-кострам
на их вечный и яростный зов.
Утерянный рай
В поисках утерянного рая
я прошёл бесчисленно дорог.
Только им свою мечту вверяя,
только им себя доверить смог.
Потому как никого роднее
не нашёл за жизнь свою в пути.
Господи! О, Господи, сильней я
пусть не стал, но смог же обрести
за полвека радостных мне странствий
горизонт, исхоженный не зря.
Будто шёл к Твоей покорной пастве,
а пришёл, – где вновь горит заря.
Но не та, чей блеск на небосводе
видим мы почти что каждый день.
Та заря мне шепчет о свободе,
затмевая солнечную тень:
«В поисках утерянного рая
ты прошёл бесчисленно дорог,
Но нашёл его, лишь отворяя
дверь в свой дом, переступив порог».
Художник: Исаак Левитан