Актёры, защищавшие Отечество

18

421 просмотр, кто смотрел, кто голосовал

ЖУРНАЛ: № 169 (май 2023)

РУБРИКА: Проза

АВТОР: Балтин Александр

 
Смоктуновский.jpeg

1

 

Голос его точно жил своей жизнью, тонко и сложно вибрируя, великолепный в модуляциях, необычный и необыкновенно выразительный.

Вернувшись с войны, Смоктуновский не знал толком, чем будет заниматься; и вектор актёрского движения определился не сразу; а когда определился – вроде бы не приносил счастья.

Провинциальный театры, расплывающийся образ мира, концентрировавшийся временами в работах; и, вероятно, если бы актёр повторил Хлестакова на столичной сцене, эта роль стала бы ещё одним перлом – к гирлянде всем теперь известных.

Далее, в ход вступает судьба – и рождается Мышкин: явление столь же необыкновенное в истории русского театра, сколь и грандиозное.

Смоктуновский всегда точно слегка не уверен в реальности существования и в собственном праве занимать место внутри него: таков и Гамлет, и Деточкин…

Не таков, пожалуй, Плюшкин – слишком закосневший в собственной болезни, слишком скрюченный в недрах себя…

Даже вроде бы эпизодические роли Смоктуновского (как в «Звезде пленительного счастья») становились шедеврами, а главные его работы так и остались сгустками сияний: причём вряд ли земного вещества.

 

   

 

Весник.jpg

2

 

Лёгок и плавен, избыточен и глубок – Весник сочетал очень многое, и натурой обладал бурной, избыточной.

Он вторгался в жизнь, как врывался в образы, которые строил на сцене, или в кино, и жизнь, изобильная радостями, особенно необходимыми детдомовцу, участнику войны слоилась ими, переливаясь и играя.

Как неистовствует речью и мимикой городничий – классический вдвойне от исполнения Весника!

Как тонко, почти иезуитски улыбается Остап Бендер!

Как сверкают жемчугами эпизодические роли в кино.

Одних походок в коллекции у мастера было около полутора сотен; а всех оттенков речи – не счесть!

Весник-актёр, Весник-чтец, Весник-педагог, Весник-ветеран…

Сколько ипостасей может быть у человека – и все выпуклы значительны, прекрасны…

 

  

 

Папанов.jpg

3

 

Комедийное и трагическое начало густыми волокнами сочетались в актёрском составе Папанова, и, если в паре с Мироновым, он давал – помимо замечательных работ – целый каталог героев (как знать – сильно ли уступавшим чаплинским?), то комбриг Серпилин выпуклой лепкой образа создаёт ощущение подлинного трагизма: через который надо прорасти, чтобы прийти к победе.

Война участвовала в душе Анатолия Папанова всегда, многое определяя в строе его работ, точно углубляя иные образы – или давая возможность создавать такие комические образцы, что помогают зрителю забыть о трагизме мира вообще.

Юмористическая, сатирическая избыточность Семёна Васильевича из «Берегись автомобиля» – и необыкновенная доброта Петра Бондаренко из «Детей Дон Кихота»: точно вся актёрская жизнь Папанова строилась на контрастах, верно дающих амплитуду дарования: высокого, доброго, согретого смеховой стихией…

Дарование, которое, думается, не раскрылось бы с такой силой, когда бы не годы и труды войны.

 

  

 

Никулин.jpg

4

 

Он был клоуном: добрым, нелепым, немного странным; лицо его казалось маской, словно было вылеплено адекдотическими изломами: из бездны коллекции его анекдотов.

Он был разноплановым актёром – известный всему миру Юрий Никулин; и если образ монаха из «Андрея Рублёва» горел истовостью веры, то в «Двадцати днях без войны» то же горение переведено было в прозаическую работу войны, столь же немыслимую не участвовавшим в оной, готовым уже почти… к забвению…

А в каких трогательно акварельных тонах сыгран Кузьма Кузьмич в фильме «Когда деревья были большими»: неудачник, алкаш, одинокий человек!

Смех сквозь слёзы – и тот невозможен, но возможно иное: ощутить стигмат сострадания, какой вырезает работа Никулина на сердце.

Он был клоуном – ибо ритмы войны не способны располосовать и уж тем более отменить юмористическое начало в недрах человеческих.

Он был глубоким драматическим актёром: хотя и вышедшим на вершины подобного исполнения всего несколько раз в жизни, – и этого достаточно: учитывая, что существует ещё прекрасная маска Труса, так скрашивающая жизнь представителям разных поколений.

   
   
Нравится
   
Бог Есть Любовь и только Любовь и Он Иисус Христос
Омилия — Международный клуб православных литераторов