«Это всё про тебя…»

0

549 просмотров, кто смотрел, кто голосовал

ЖУРНАЛ: № 177 (январь 2024)

РУБРИКА: Поэзия

АВТОР: Пшеничная Вита

 
Юшина.jpg

На Троицу

 

Во мне сейчас такая тишина...

Что, кажется, сама душа слышна,

И на глазах яснеющей зари

Весь мир вокруг течёт в мой мир внутри.

 

Во мне сейчас – ни слёз, ни лжи, ни зла...

И понемногу крепнут два крыла.

Безмолвна ночь, в ней слышен каждый звук,

И мир внутри струится в мир вокруг.

 

 

20 июня

 

Наверное, время пришло такое –

Остановиться, оглядеться.

Ощутить некое состояние покоя,

Вспомнить детство.

 

Вполовину окна опустить шторы,

Чтобы высь не манила надежду.

Как переплелись два мира споро,

А я – между.

 

Медленно учусь слышать их речи,

Пытаюсь различать их звуки.

Тёплый ветер торопит июньский вечер,

Целуя руки.

 

День отходит, пронося Чашу мимо,

Одаряя то серебром, то златом...

В нём уютно, тихо, в нём всё – мило,

И всё – свято.

 

 

1 июля

Голову запрокинешь – вдохнёшь свежий воздух,
На ладошку неба вспорхнут непоседливые мысли.
Удивишься, как быстротечны в июне грозы,
Как чисты выси.

Побредёшь наугад по полю, не глядя под ноги,
Собирая себя
в расцветшем, румяном лете,
И твои будет подхватывать монологи
вездесущий ветер.

 

 

***

 

Когда, устав от чёрной полосы,

бессильно упадёшь ты на колени,

сломаются незримые весы,

а на стене вдруг замаячат тени

твоих обид, сомнений, лжи, потерь...

всего, чем ты себя сковал надёжно,

но в этой страшной «вечной мерзлоте»

душа жива, и жизнь ещё возможна.

Оставь былое, дай ему уйти.

и света дай себе, хоть каплю света!

чтоб всё твоё могло произойти –

начав сбываться с нынешнего лета.

 

 

***

 

Брату Виктору

 

Между берёз и сосен

Солнечный свет струится,

Кутаясь в ворох мыслей,

просит душа молчать.

Это теперь долго

будет тебе сниться,

Это теперь чисто

будет внутри звучать.

 

Не рассказать словами –

Много ли, мало, надо ль?

Господи, как уютно!

Господи, просто как!

Всё здесь тебя примет,

Всё здесь тебе радо,

Радуйся, плачь, чудо,

В сильных Его руках.

 

В синюю зыбь неба

Мыслей поток сочится,

Медленно оплывает

Тоненькая свеча...

Это теперь долго

будет тебе сниться,

Это теперь чисто

будет внутри звучать.

 

 

***

 

Брату Виктору

 

На самом деле всё гораздо проще:

Позолотив ладони сентябрём,

Отправишься в берёзовые рощи –

Латать себя и думать о своём.

 

Ты примешь всё, что надышал и нажил

От сотворения мира до сих пор...

И над тобой сквозь облачные кряжи

Неведомый раскинется простор.

 

И птица-сердце с ритма вдруг собьётся,

Почувствовав свободу и полёт,

А яркое, полуденное солнце,

Под ноги спелым яблоком падёт.

 

 

***

 

Тихо-тихо внутри отзовётся вдруг колоколька,
Захочется от жалости заплакать, глядя на лик Божий –
Сколько у Него нас, чад непутёвых, Господи, сколько?
И каждого выслушает, каждому поможет.

Колоколька – дзинь, и дрожь мурашами по телу –
И застынешь посреди мира – подавлен, разлажен.
Вроде всё так... Честь по чести словом и делом,
А душа молчит, не улыбнется даже.

Вроде всё так. А душа, как несмышлёныш малый –
Тянется к свету, не понимая, что им сияет, его излучает.
И вливаясь в вечернюю даль нитью алой,
Твою жизнь терпеливо в зыбке веков качает.

 

***

 

Море волнуется раз...

 

Век продолжается здесь и сейчас.

Кротко в ночи улыбается Спас,

Высветлив миг в поднебесье.

 

Море волнуется два...

 

Тихо вздохнёт под ногами листва,

Сердце расслышит простые слова,

В чьей-то затейливой песне.

 

Море волнуется три...

 

Всем, что опять оживает внутри,

Чистую душу свою одари

И огради от печали.

Век продолжается здесь и сейчас –

Кротко в ночи улыбается Спас

Зная, что будет вначале.

 

 

Вместо ответа

 

Мой дед Иван прошёл войну до Праги,

Хоть в сорок третьем, в месиве боёв

Под Сталинградом, от окопа в шаге –

был ранен, и лежал – ни жив, ни мёртв.

 

Мой дед Петро...

Осталось только фото...

Жену отправил в Пермь – рожать и жить.

А сам ушёл на фронт в составе роты –

Своей России-матери служить.

.........................................................

 

Мой друг, ты снова пишешь мне из Вены,

Так презирая русское в себе,

Что ненависть однажды вскроет вены

Твоей душе, твоей больной судьбе.

 

А я в молчаньи словно в обороне,

И память о дедах – свечой в ночи,

И в чистом колокольном перезвоне

Молитвы слог за Русь мою звучит...

 

 

***

 

Вера моя – на горизонте тоненькая коса,

Яркий промельк зари.

Третьи сутки февральская мороса

Душу жжёт изнутри.

 

Вера моя – птаха в Его руке,

Свет – на Его плече...

Прячет высь в бездонном своём зрачке –

Холод и хлябь ночей.

 

Вера моя – на тёмном небе звезда –

Господи, помоги!

Чтобы твёрже отныне и навсегда

Стали мои шаги.

 

 

***

 

Вся в проплешинах, дремлет окраина леса,

Вдоль реки одинокие стынут брега...

Но спадает, спадает печали завеса,

И настойчивей солнце целует снега.

 

Голосистей поют свои бравые песни

Неуёмные птахи на все голоса,

И с надеждой смотрю я в притвор поднебесья,

С непривычки прищурясь – так слепит глаза.

 

Мне теперь по-иному: любить и прощаться,

Ничего невозможного не обещать.

Но к себе – что бы там ни стряслось – возвращаться.

И других – как бы ни было больно – прощать.

 

 

Калачики

 

Небес плывут калачики...

Лёг палец на курок...

Не промахнитесь, мальчики,

И – да храни вас Бог.

 

Вы нам сыны по возрасту,

А по судьбе – отцы.

Внимают ветра посвисту,

Весенние гонцы.

 

До воскресенья вербного

Уже рукой подать.

От помысла неверного

Себя бы удержать.

 

И медленно выводится

От вздоха до строки:

Храни вас, Богородица,

Мужья, отцы, сынки...

 

А маятник качается

От радостей до тризн.

И этот день кончается,

Как маленькая жизнь.

 

Небес плывут калачики,

На юг ли, на восток...

Мы ждём вас, наши, мальчики,

И да храни вас Бог.

 

 

Воскресное

 

Вьются над речной водой
Две голубы.
О далёком и родном
Шепчут губы.

Паутинка чуть дрожит
Над крылечком.
Что-то тает меж душой
И сердечком. 

Солнца полные края,
День на убыль.
О нежданном и чудном
Шепчут губы.

И сердечко неспроста
Птахой бьётся,
Паутинкою душа
В небо рвётся.

Над речной вспорхнут водой
Две голубы...
Как же дышится легко,
Как же любо...

 

 

***

 

Ладошкою проведёт
По жиденьким волосам:
– Вот Бог тебе, вот – порог,
А дальше попробуй сам.

Очнёшься в ночи – темь,
Вокруг не видать ни зги:
Неужто я был с Тем,
Чьи слышатся вновь шаги?

Подумаешь: занемог,
И впору идти в храм...
«Вот Бог тебе, вот – порог,
А дальше давай-ка сам».

Забрезжит вдали заря,
Набухнет трава росой...
Неужто вся жизнь – зря?
И сам я – уже не свой?

И будней сглотнув смог,
Как вмажешь по тормозам!..
«Вот Бог тебе, вот – порог.
А дальше?..»
– А дальше – сам.

 

 

***

 

Это всё про тебя...
И бессвязное моно дождя,
И порывистость ветра,
И каштаны, упавшие наземь,
И сны о любимых.

Этим всем создан ты...
И природа, и небо – родня.
Сквозь тебя и года прорастая,
Чтоб однажды вернуть и вернуться.
В своё Изначалье.

В этом всём есть и ты –
В позолоте кленовой листвы
И расплёсканных лужах,
В хмуром небе предзимнем
В неласковом солнце...

С этим всем так и жить...
Тишину разрывая ключами,
Удивляясь, вздыхая,
Творя и под корень круша...
На пути в Бесконечность.

 

 

***

 

А ты идёшь, себя несёшь
себя не чая,
И что вокруг – снег или дождь –
Не замечая.

В себе, как тать в родной глуши –
Во тьме суровой
За здравье раненой души
Замолвишь слово.

С дрожащей ветки на ладонь –

ЧуднО, не так ли? –
Спадёт роса – не пей, не тронь! –
Янтарной каплей.

На миг очнёшься, посмотреть
На мир, на звёзды,
И звонко ветра злая плеть
Распорет воздух.

И вмиг обрушенный покой
Дыханье срежет,
Над неумолчною рекой
Рассвет забрезжит.

Раскинешь руки, чтоб обнять,
Вдохнуть, запомнить...
Продолжив жизни благодать
Собою полнить.

 

Художник: Елена Юшина

   
   
Нравится
   
Омилия — Международный клуб православных литераторов