Родился поэт в апреле.
На Пасху было светло.
Раскачиваясь в колыбели,
Готовился сесть в седло.
Романтик и второгодник –
Об Африке он мечтал.
Смерть презирал, как сводню.
Ждал свой девятый вал!
В море штормило! Бездна
Звала его за окоём.
Спорить с ним бесполезно.
Всегда стоял на своём!
Бежецкий конквистадор.
Нелепый подросток – жираф.
Оказалось – стократно
Чувством шестым – он прав.
Где – солнце, а где – комета?
Не различить с земли.
Встретились два поэта
Для счастливой семьи.
Но «надо делать книгу»,
Свою выбирать судьбу,
Где шёпот подобен крику,
Свирель заменит трубу.
Господом осияна
На фото семья снята:
Лев, Николай и Анна.
Под ними – войны черта!
***
Мир качнётся от взрыва!
Дрогнет сердце в груди.
Тучей война накрыла!
Где же поэт? – Впереди.
Формируется нация
Не из цифр, а из слов.
Лермонтова инкарнация –
Николай Гумилёв.
С обликом акмеиста
В фуражке военной – слиты
«Записок кавалериста»
Георгиевские кресты.
Есть на земле поэты,
Рождённые для войны.
Новые их Заветы
Кровью обагрены.
Империя на закате
Холодеет, как пыль.
В смертельном бою не катит
Заповедь «Не убий!»
Читается, как откровение,
Когда содрогнулась страна:
Сборник «Колчан» – «Наступление».
Сборник «Колчан» – «Война».
От Бога – слово Завета.
Подогнаны стремена.
Стихотворца в поэта
Обратила война.
***
Он не играл мессию,
Учился слов ремеслу.
И вернулся в Россию
Напомнить про Божий суд!
Свободы облик звериный
Оскалил щербатый рот,
Клин журавлиный – клином
Стальным убивая влёт.
Конквистадор в застенке.
От холода – кровь горячей.
Помилован был у стенки
По милости палачей.
Но в строй он вернулся снова
И снова взят на прицел.
«Поэта нет Гумилёва.
Есть Гумилёв – офицер».
Автору «Капитанов»
Липкий не ведом страх.
Безжалостно из наганов
Изрешетили в прах.
Умылся кровью гусарской,
И в небо взмыл серафим.
С невозмутимой маской
Был «Словом» поэт храним!
***
Умер не без наследников
Николай Гумилёв.
Мир спасли без посредников,
Лишних не тратя слов,
Майоров, Кульчицкий, Коган,
Шубин, Белаш, Деген.
Настоящих немного
Стихов о войне совсем.
Пулемётчик Гудзенко.
Строгий Слуцкий Борис –
Судья военного века –
Судьбы переплелись.
Первая книга – «Память» –
Лучшее, что написал.
Не может заснуть заставить
Войны нарастающий вал.
К небу вздымается море.
И уже не до сна.
Вдосталь солёного горя
Наглотался сполна.
С тоской по Москве скитался.
Ночевал по углам.
Тщетно забыть пытался
Боль контузий и ран.
Артобстрел до рассвета.
Перелёт! Недолёт!
Бессонница – у поэта.
Память – спать не даёт!
