ЕГЭ взошёл на престол народного просвещения больше 20-ти лет назад.
Молодой и прыткий, он бодро взбаламутил вялое педагогическое сообщество. Приняли его тогда без восторга. Недовольных было много. Учителям-новаторам ЕГЭ подрезал крылья, а начётчикам от образования становилось холодно на сквозняке его свободных частей. Довольными были лишь оптимистичные абитуриенты с далёких окраин, валом хлынувшие в столичные вузы.
Советская воспитательно-образовательная система в годы Перестройки рухнула последней. Сначала отвалились задачи воспитания, потом и образование свелось к оказанию услуг. Вводить ЕГЭ в условиях анархии новой образовательной системы было тяжело. Подготовительная работа была проделана огромная. Например, по русскому языку на долгосрочных курсах готовили экспертов для проверки письменной части ЕГЭ, а на краткосрочных семинарах учили учителей заполнять бланки ЕГЭ печатными буквами без пробелов. Издательства издали тонны литературы для подготовки к ЕГЭ, а в вузах готовились к лавине документооборота – к первой волне зачисления, ко второй волне зачисления… Одним словом, жизнь закипела.
Надо отдать должное, сделать удалось многое. ЕГЭ всё-таки навёл хоть какой-то относительный порядок в системе образования. Кто жил в «благословенные» 90-е, тот помнит, что в те времена школы учили чему хотели и как могли, а вузы (бесчисленные коммерческие и немногочисленные государственные) зачисляли в студенты всех, кого считали нужным. По финансовым критериям нужными были не все.
И вот прошло больше 20 лет. Страна непуганых юристов, экономистов и менеджеров столкнулась с дефицитом специалистов – людей, знающих ЧТО делать и КАК делать в науке, технике, в сельском хозяйстве…
Молодой и прыткий ЕГЭ с годами обрюзг и полысел. Тотальный контроль по естественным причинам перестал быть тотальным: где-то старшеклассниц чуть ли не с охраной сопровождали в туалет, а где-то – «проходите, люди добрые». При этом сама концепция ЕГЭ под условным названием «…потом решили совместить» (выпускные и вступительные экзамены) ориентировала выпускников на получение хоть какого-нибудь высшего образования (не пропадать же добру с большим трудом набранных баллов). В результате система профессионального среднего образования оказалась обескровленной.
«Взвесить в граммах» ВСЕ знания ВСЕХ выпускников так и не удалось. Желание впихнуть невпихиваемое, объять необъятное стало родовой травмой ЕГЭ. Действительно, если вопросы ЕГЭ формулировать исключительно по учебникам школьной программы, тогда абитуриентов с высокими баллами будет слишком много. Что с ними делать вузам? Кого куда зачислять? Если же вопросы будут трудными, не из школьной программы – тогда естественно спросить: чему учит школа? Вот и приходится авторам ЕГЭ выворачивать простые вопросы «мехом внутрь» с единственной целью – уличить в незнании. Попробуйте, например, за одну минуту (по нормативам отводится именно минута) ответить на вопрос:
Укажите неверное объяснение написания слова.
1) лебедиНый – в суффиксе прилагательного -ИН- пишется одно Н;
2) выбИться из сил – в глаголе II спряжения пишется И;
3) жжЁный – в суффиксе отглагольного прилагательного после шипящей пишется Ё;
4) темАтический – безударная гласная проверяется словом «темАтика».
Все варианты ответов вроде бы правильные, и только в пункте 2 надо помнить, что правило суффиксов -ить/не -ить работает исключительно для безударных окончаний. В данном случае приставка вы- оттягивает ударение на себя, но спряжение глагола с ударной приставкой определяется по бесприставочной форме: они бьЮтся – I спряжение. (Успешность ответов 24%)
Этот пример взят из ЕГЭ 2005 года, когда организаторы ещё публиковали анализ результатов. Он показывает, насколько непросто составлять адекватные контрольные задания.
Недавно по телевидению показали репортаж из Китая. Одетые в приносящие удачу красные одежды, родители, репетиторы и учителя со слезами и под аплодисменты, с кортежами мотоциклистов, барабанами и флагами провожали автобусы с детьми, отправляющимися сдавать экзамены Гаокао. «Это наш ЕГЭ» – последовал комментарий. Сразу подумалось: «Ничего себе! А где же наши толпы с флагами и барабанами? Где наши мотоциклисты, слёзы и автобусы?». Пришлось уточнить.
Оказалось, что экзамены Гаокао – это не выпускные, а общенациональные государственные вступительные экзамены в вузы материкового Китая. Героически готовятся к ним и сдают их только те, кто поступает в вузы. Списывание на экзаменах карается уголовным наказанием. Брать с собой ничего нельзя: только прозрачный пенал и письменные принадлежности – больше ничего. Самых успешных абитуриентов разбирают потом самые успешные вузы. Всё строго по рейтингу.
Примерно так (кроме уголовной ответственности за списывание) было и у нас в советские времена (правда, без автобусов, флагов и барабанов). Вступительные экзамены начинались в один день по всей стране, а тех, кто успешно сдавал экзамены в престижные вузы, но не набирал проходной балл, потом «подбирали» гонцы из приёмных комиссий других, менее статусных вузов.
Опыт показал, что жёсткая конструкция ЕГЭ (из разряда «решили совместить») создаёт зоны повышенного напряжения как для учащихся, так и для учителей. Жёсткая конструкция ЕГЭ, как жёсткая подвеска автомобиля, воспринимает все ухабы и рытвины, будучи не в состоянии «гасить» вибрации и колебания. Одним словом, далеко не уедешь.
Чтобы спасти от разрушения любую жёсткую конструкцию, приходится повысить её гибкость. В жёсткой конструкции ЕГЭ настало время разделить выпускные школьные и вступительные вузовские экзамены.
Дружественные школьные экзамены в 9-х и 11-х классах вернут, наконец, «Жезл власти» учителю. Наконец учитель будет избавлен от бесконечного тестирования проверочными работами учеников, а ученики наконец будут не только ставить галочки в тестах, но откроют рот и начнут говорить, формулируя ответ и отвечая у доски. Оценки, полученные на школьных экзаменах, приобретут свой вес. Аттестаты и свидетельства об окончании 9-ти классов смогут быть востребованы средними профессиональными учебными заведениями. Их успешные выпускники по окончании учёбы будут иметь право поступать сразу на 2-й курс вузов (если понадобится, можно и подучиться на профильных факультетах дополнительного образования, усилив тем самым связь между средними и высшими учебными заведениями одного профессионального профиля).
Концептуально новый ЕГЭ должен сразу определиться с целями и задачами.
Не уличать абитуриентов в незнании, а помочь им самостоятельно овладеть новыми знаниями на более высоком уровне – вот цель, вот задача!
Подготовка к экзаменам и сдача промежуточных этапов ЕГЭ по интернету могла бы проводится по открытым источникам в несколько этапов. Если абитуриент освоил, допустим, «Сборник задач» М.И. Сканави, сдал пробные этапы ЕГЭ по интернету – пожалуйста, получай допуск на ЕГЭ в очной форме. При этом вузы должны иметь право с помощью небольших контрольных работ хотя бы формально проверить знания абитуриентов, принятых на бюджетные места. Такой контроль поможет Центрам тестирования удержаться от искушения необоснованно завышать проходные баллы.
Что касается экзаменов по русскому языку, то введение в открытые источники подготовки к ЕГЭ нескольких классических диктантов, которые нужно изучить, понять и выучить, помогли бы обеспечить всеобщую грамотность людей с высшим образованием. В своё время заместитель председателя Государственной Думы Любовь Слиска написала на «4» сложнейший классический диктант «Ещё только 11-й час». Другие политические лидеры написали тот же диктант на другие оценки. Диктанты хороши ещё и тем, что для чистоты эксперимента писать их можно в разных условиях по единым аудиозаписям.
Старый ЕГЭ в трудные времена выполнил свою миссию – фактически спас российское образование от развала. Но сегодня старый ЕГЭ, как старый король, умер.
Для ФИПИ (Федерального Института Педагогических Измерений) создание нового ЕГЭ, с заданиями разного уровня трудности, рассчитанного на вузы самого высокого рейтинга, представляет сложнейшую и интереснейшую задачу.
Новый ЕГЭ, как новый король, должен здравствовать!
Не уличать в незнании, а при подготовке к нему открывать учащимся новые горизонты развития.
А за мотоциклами, барабанами и флагами дело не встанет…
Художник: Н.П. Богданов-Бельский.